Огромное путешествие: режим полета

0 3

Есть места, которые преподносят себя гостю как на блюдечке, обещая счастье, блистая красотой и кичась богатством. В особенности на Ближнем Востоке. Но краса заветна, а счастье не в золоте. В этом удостоверился «Вокруг света», отправившись в Оман.

Большое путешествие: режим полета

  

Большое путешествие: режим полета

К дверям отеля в восточном стиле подкатывает сверкающий кар. Из него выходит юная дама. Приветственная миска фиников, чашечка кофе из обычного кофейника далла, аромалампа, курящаяся в фойе… «Салям алейкум!» — гласит шелкобровая оманка в черном хиджабе. «Велкам!» — улыбается повар в белоснежном колпаке. «Гритингс» — кланяется официант… «Леди и джентльмены! Добро пожаловать в Оман!» Точнее, на борт самолета авиакомпании Oman Air.

В тот момент, когда вы убеждаетесь, что ваша ручная кладь размещена в верхнем отсеке, на экране разлюбезный шофер в тюрбане и длинноватой рубашке грузит сумки одиночной путницы на крышу джипа. Видео по сохранности оманской авиакомпании на уникальность оригинально. Четырехминутный ролик обещает счастье, демонстрируя самые калоритные воспоминания, которые ожидают туриста в Омане, остроумно сопровождая картину обычным текстом о правилах поведения в полете. Вот вы пристегиваете ремни — и джип мчится по грунтовке меж гор в Вади-аль-Арбаин. Вот семейство в восхищении застыло на краю ущелья в Джебель-Ахдар, и дыхание у всех троих замерло от увиденного. Но здесь автоматом выскакивают кислородные маски. Дышите нормально!

Голубеют вади, плодоносят финиковые плантации, текут ручьи в фаладжах — оросительных каналах, бурлит жизнь морских жителей, в ладошки счастливой путницы сыплются куски ладана. И вот благовоние уже курится на рынке в Салале, а женщина с удовольствием вдыхает фимиам. Тем временем глас сохранности разлюбезно припоминает о «некурящем рейсе» и туалетах, оборудованных сенсорами дыма. Туристка покупает пакетик отборного ладана, присматривается к серебру в ювелирном магазине, стенки которого увешаны ханджарами — классическими кривыми кинжалами. Несколько селфи — и вот она у строения Царской оперы в Маскате. В прекрасном платьице женщина идет совместно со спутницей в абайе по проходу в партере из самолетных кресел, и восточные осветительные приборы, загораясь вдоль дорожки, указывают путь к наиблежайшему выходу. Аварийных выходов восемь, что наглядно показывает созвездие самолета, соткавшееся в ночном небе над бедуинским костром в Песках Шаркии.

Большое путешествие: режим полета

Звезды падают «на счастье», женщина в шатре загадывает желания. И мы с ней отчаливаем из марины Bandar al Rowdha на яхте, и смуглый яхтсмен в спасательном жилете показывает «клапаны поддува».

Яхта разрезает водную гладь — и вот туристка оказывается перед Величавой мечетью Маската, потом у форта Низвы и, в конце концов, пресытившаяся культурными и природными достопримечательностями, отдыхает на лежаке у бассейна шикарного отеля. По советы закадрового голоса женщина элегантным движением переводит спинку в вертикальное положение, а планшет в режим полета…

Находчивая и емкая презентация Омана всего за четыре с маленьким минутки открывает все самое основное, что нужно знать о нем гостям: о том, какая это щедрая и богатая, доброжелательная и неопасная, прекрасная и различная страна. И вот ты летишь к ней навстречу с экстазом предвкушения!

Двери открываются

— Что же это все-таки за длинноватая стенка?

— Отделение правоохранительных органов.

Таковой диалог повторялся по дороге из аэропорта Маската в сторону гор Джебель-Ахдар пару раз, пока я не не стала задавать один и тот же вопросец водителю внедорожника. Позднее Файзел просто кивал в сторону еще одного монументального забора, произнося: Police station.

Файзел суровый, немногословный 34-летний оманец большого телосложения. На нем длинноватая белоснежная рубашка дишдаша и обычная шапочка кумма. Судя по вышитому орнаменту, это набор. У коллеги Файзела, худенького и юркого гида Хальфана, которому уже далековато за 50, кремовая дишдаша и разноцветный тюрбан. Файзел и Хальфан везут маленькую группу журналистов на 2-ух внедорожниках.

Большое путешествие: режим полета

Мы едем на юг. Общий план: пейзаж не очень веселит многообразием и обещанными роликом красотами. По обеим сторонам — шоссе с хорошим, нужно сказать, покрытием — то поблизости, то вдалеке плывут серовато-бежевые складчатые горы и стелются каменистые пустыри с вышками электропередачи. Временами вдоль дороги появляются неказистые коробки магазинов с колоритными надписями либо маленькие населенные пункты из бело-бежевых домиков с неотклонимыми 3-мя монументальными сооружениями: местной управой, школой и «полицейской станцией». Но вот новейший поворот, мы взмываем по грунтовке на взгорок — резкий наезд камеры… — и выходим на площадку…

Эффект вертиго. Понизу, в обрамлении бугров с бегущими вдоль их фаладжами и с полуразрушенными сторожевыми башнями на верхушках, лежит оазис. Под сенью пышноватых метелок финиковых пальм зеленеют банановые листья. Островками посреди пальмового моря белеют как будто игрушечные современные особнячки, а под радужными арками гор напротив притулились руины старенькых жилых домов из глины и остатки форта. Это Биркат-аль-Мауз. Заглавие места переводится как «банановый бассейн», но не это принципиально. Принципиально другое: за четыре минутки, что стоишь на взгорке, любуясь оазисом, начинаешь узнавать Оман еще поглубже, чем из ролика по сохранности. Как будто потаенная дверка приоткрылась.

Большое путешествие: режим полета

От Биркат-аль-Мауза дорога сворачивает на право, к горному массиву Джебель-Ахдар, что означает «зеленоватая гора». Здесь же в качестве ворот в красивое возникает полицейский пост: инспектируют каждую машинку, въезжающую в природный заповедник. Дело не в заповедности даже, а в сохранности. В Джебель-Ахдар въезжать можно лишь на внедорожниках. Если у тебя обыденный кар — оставь его на парковке и арендуй Land Cruiser. Сохранность дорожного движения — основной ценность Царской правоохранительных органов султаната. Правила строго соблюдаются, тс часто осматриваются. Неслучайно в 2019 году Оман вышел на 2-ое пространство в рейтинге самых неопасных для туризма государств по версии Глобального экономического форума.

— Мир для вас! С приездом! Какие анонсы? — большой план головы полицейского в окне нашего кара. По словам Хальфана, три эти фразы обычно произносят при встрече. Не спросишь про анонсы — означает, папа плохо тебя воспитал.

Учтивость открывает двери. И вот мы устремляемся по серпантину все выше, к плато Саик. Смена кадра — и я выхожу на Площадку Дианы, висячую над каньоном. С Diana’s point раскрывается один из самых шикарных видов на Джебель-Ахдар. Леди Ди и царевич Чарлз, прилетев сюда на вертолете в 1986 году, провели на краю разлома несколько часов. К тому моменту их брак тоже был на краю разлома. Царевич отрисовывал, Диана читала, брак не выручили, но пространство завораживает красотой и любовью. Сейчас эта жемчужина на высоте 2000 метров спрятана за воротами фешенебельного отеля Anantara Al Jabal Al Akhdar Resort, самого высокогорного на Ближнем Востоке.

СЕКРЕТЫ СЧАСТЬЯ

Бог в помощь

«Если вы творите добро, то поступаете во благо для себя. А если вы вершите зло, то поступаете во вред для себя»
Священный Коран, сура 17

Большое путешествие: режим полета

Нереально быть счастливым, если нарушаешь баланс жизни, считают оманцы. А для сохранения баланса и поддержания всеобщего счастья необходимо помогать друг дружке. Не считая неотклонимой милостыни — закята, который выплачивается в конце года каждым дееспособным мусульманином (2,5% от приобретенного дохода) в пользу нуждающихся, — существует добровольческая благотворительность, садака. Конкретно садака как деяние не непременное, но одобряемое, согласно шариату, сулит человеку заслугу от Всевышнего. Благотворительность — личное дело всякого, почаще всего ее не афишируют. И проявляется она в различных формах. Помогать можно не лишь вещественно — средствами и вещами, — но и поступками, хорошим отношением, словом, ухмылкой.

Краса снутри

С каждым деньком знакомства с Оманом дверок раскрывается больше. В том-то и дело, что краса тут не выскакивает к для тебя навстречу с распростертыми объятиями. Она заветна, к ней нужно идти, подниматься, пробираться — по камням, воде, пескам, время от времени через полицейские посты. И когда ты совершишь это «паломничество», краса или развернется перед тобой величавой обширной панорамой, или увлечет вереницей извивов, раскрываясь равномерно, играя и маня. Очередной дверцей.

Большое путешествие: режим полета

Тема дверей в Омане особенная. Их можно собирать, за ними можно охотиться. Древесные с резьбой, стальные с кованым узором, разноцветные, с орнаментами, фигурами животных и птиц. Даже бродя по брошенным деревням посреди красочных руин — а оманские руины живописны в особенном смысле: они как живы и органично вписаны в пейзаж, — обязательно наткнешься на прекрасную дверь. Наезд камеры: вот одна зависла в просвете над полуразвалившейся лестницей. Мы в покинутой деревне, прилепившейся к горам в Вади-Бани-Хабиб.

Вади — одно из основных слов Омана. Пространство, где бывает вода. Не река, но русло, которое заполняется во время дождиков. Где вади — там жизнь, там деревни. Двести ступенек вниз, туда, где плодоносят гранаты и грецкие орешки, позже практически на четвереньках ввысь, по осыпающимся камням, к опустелым глинобитным домам.

Большое путешествие: режим полета

— Обитатели покинули деревню в 1970-е, когда султан Кабус, пришедший к власти, развернул стройку, позаботился о дорогах, поликлиниках, школах. Люди стали получать новое жилище, — ведает Хальфан. — Сиим домам, сложенным из камешков, глины, грязищи и сухой травки, по 300–400 лет. А все они стоят.

Большое путешествие: режим полета

Таковых «музеев» под открытым небом в Омане огромное количество. Одни спрятаны в горах либо в тени монументальных фортов, остальные соседствуют с новенькими кварталами в городках и деревнях. Вот пустые провалы окон, а вот закрытые наглухо кружевные двери.

В деревне Аль-Айн, утопающей в плантациях роз в горах Джебель-Ахдар, двери в особенности неплохи. Фотографируя одну за иной, я теряюсь в лабиринте улочек, забираясь все поглубже, и вдруг впереди вижу красноватый сполох. Платьице! Из-под подола блестят желтоватым браслеты на ногах. Поворот — и красивое видение исчезает. Флешбэк: по пути в эту деревню мы проехали мимо группы оманских дам, идущих в темных абайях и платках по улице, и я только прицелилась фотоаппаратом, как Файзел произнес:

— Лучше этого не созодать. Если оманец увидит, что кто-то фотографирует дам из машинки, то может записать номер кара и позвонить в полицию. Будут проблемы. Недозволено без разрешения.

Файзел постоянно в белоснежном, но любой денек в новеньком. Это видно по цвету вышивки на дишдаше и кумме: то коричневая, то ярко-голубая, то зеленоватая. Модник.

— А ваши дамы постоянно в черном?

— Темный — формальный цвет. Оманки обожают и колоритную одежку.

Большое путешествие: режим полета

  

Большое путешествие: режим полета

За 1-ые пару дней в султанате я лицезрела дам только в формальном. И вот оно, заветное: мелькнувший в подворотне красноватый, поманивший, как цветок из розария.

Через розовые плантации, по кромке фаладжа, путь ведет на край каньона, к панораме рукотворных террас Джебель-Ахдара. С началом зимы все склоны расцветают буйной зеленью. Неслучайно хребет зовут Зеленоватой горой. К каждой террасе ведет канал.

Щедрость воды

Большое путешествие: режим полета

Неповторимая система фаладжей в Омане, афладж, начала складываться наиболее 4000 годов назад. Веками она расширялась и совершенствовалась. Не имея сложной техники, но следя за звездами, восходами и заходами, руководствуясь законами гравитации, люди провели каналы от высокогорных подземных источников к равнинам и разработали принципы справедливого распределения аква ресурсов.

Страну прорезает наиболее 4000 систем фаладжей. Около 3000 из их работают. 5 систем включены в перечень глобального наследства ЮНЕСКО. Каналы тянутся на 2900 км и орошают половину сельскохозяйственных земель Омана.

Система устроена мудро: поначалу вода подается для питья, потом проходит через мечети, форты и публичные бани и только позже поступает в открытые зоны для разных целей, в том числе для орошения земель. Нередко в деревнях можно узреть объявление о том, что вода из фаладжа непригодна для питья (личных нужд). Это означает, она уже прошла длинный путь и годится лишь для полива. Но в каждой деревне ты отыщешь, где утолить жажду.

Я поднимаюсь с розовой террасы по каменным ступенькам к домам и за поворотом натыкаюсь на «уголок путешественника». У крыльца стоит бак с питьевой водой. Здесь же на полке термос с кофе, чашечки и большая миска с финиками. Все это: вода, кофе, финики — совсем безвозмездно что для соседа, что для залетного туриста.

Впечатляющая кованая дверь большим планом. Я замираю… И здесь случается волшебство. Она приоткрывается, и на порог выходит хозяйка — старая дама в бордовом платке и длинноватом бордово-коричневом платьице с бирюзовым цветком на подоле. С ней годовалый малыш, быстрее всего, внук. Дама улыбается и садится на крыльцо. Она не осознает по-английски, но разрешает себя сфотографировать. В щель меж дверями выглядывает юная женщина в ярчайшем платке, и здесь же скрывается.

Я на уровне мыслей радуюсь, что одета в длинноватое. Это в городках и на курортах туристы могут ходить как вздумается. В деревнях нужно соблюдать дресс-код.

Дорожные знаки

Микшер. На входе в Мисфат-аль-Абрин, одну из самых ярких деревень Омана с возрастающими из скал домами в окружении финиковых пальм и фаладжей, заместо шлагбаума установлен щит пятиметровой высоты с приветствием к гостям и просьбой соблюдать общие правила. Они таковы: уважать нормы поведения и традиции одежки (дамы и мужчины должны прикрывать колени и плечи); уважать оманский мир и тишину (не шуметь); спрашивать разрешения, до этого чем фотографировать людей и заходить в личные владения; не рвать фрукты либо овощи, так как это источник пропитания для сельских обитателей… Отдельным дорожным знаком с изображенным на нем платьицем повторяется требование к одежке. Благополучно миновав кордон, попадаешь (о да!) в красивый мир летящих домов, необычных камешков, медовых ульев в пальмовых стволах, журчащих фаладжей, жирных фиников, кривых переулков и магических дверей, за которыми таятся заветные личные владения. Но вот опять табличка с напоминанием для рассеянных: «Пожалуйста, удостоверьтесь, что на вас насажены длинноватые штаны и юбки, а плечи прикрыты». И ремни сохранности застегнуты…

Большое путешествие: режим полета

Дресс-код в Омане будет нелишним даже во время купания. Вади-Бани-Халид, где вода, текущая из горных источников, собирается в небесного цвета бассейны, тянет к для себя не лишь туристов, но и обитателей примыкающей деревни. Из почтения к крайним тут тоже введен дресс-код. Сходу за табличкой с рекомендацией покинуть вади в случае дождика (в связи с угрозой схода селя), следует «одежный символ»: «Дорогие гости! Уважайте местную культуру, одевайтесь подобающе, когда плаваете». На картинке изображены мужик и дама в гидрокостюмах, закрывающих плечи и колени. Вообщем, купаться в центральной месте отдыха, где по перекинутым через воду мостикам ходят оманские семейства с детками, не наилучший вариант. Стоит пройти метров триста вглубь вади по каменистой тропе над руслом и изучить вплавь узенький, затейливо вырезанный в отполированных белоснежных горах аква коридор. В конце него обязательно посиживает спасатель-наблюдатель. Это принципиально. Поэтому что сохранность главнее всего. Услуги провождающего предложат еще на парковке, если вы не с гидом.

Но наш Хальфан всюду с нами. Даже в Вади-Шааб, куда он длительно отрешался вести нас под предлогом, что это очень тяжело, что мы не дойдем.

К священному бассейну в Вади-Шааб идти минут 40, то прыгая с камня на гранит, то цепляясь за горы и кустики. Виды удивительные, но два с половиной километра под солнцем, когда и в тени практически 50 градусов, — это испытание, которое оказывается тяжелее, чем представляется. Но заслуга ожидает. Наплыв. Я окунаюсь в прозрачную воду прямо в одежке и трекинговых сандалиях. Не из почтения к местной культуре. Рубаха — чтоб не сгореть, сандалии — чтоб перебираться из бассейна в бассейн вдоль ущелья по скользким камням. Местами глубоко, но постоянно можно подержаться за гладкую известняковую стену. А вот и местный спасатель посиживает на отмели. Рядом авто шина…

Впереди просторный бассейн и как как будто тупик. Но нет: в нависающей над водой горе зияет расщелина. Когда вода высочайшая — вариант один: подныривать и плыть метров 5 под горой. Но мне подфартило: в щель над водой как раз проходит голова. Я пробираюсь по узенькому ходу — куцее затемнение — и вплываю в просторную пещеру. Из «окна» сверху льется солнечный свет и… водопад. Вот она, заслуга, стоящая приложенных усилий.

Большое путешествие: режим полета

Окончательный установка

Лунная ночь (то есть темное время суток). Кое-где в километре от меня плещется море. Вокруг песочная равнина в обрамлении гор, просматривающихся чуток поодаль. Я в Рас-аль-Джинзе. Сотрудник заповедника Сауд ведет к берегу первую группу любопытствующих. Он пораздавал нам фонарики и предупредил: недозволено употреблять фотовспышку, недозволено курить и звучно говорить. Мы идем к основному месту гнездования chelonia mydas — зеленоватых черепах. Поближе к берегу ноги начинают увязать в рыхловатом песке. Уже пляж.

Сауд делает символ и выстраивает нас полукругом. Под красноватым светом его фонарика мы смотрим интимный момент. Большая черепаха, орудуя задними ластами, закапывает отложенные яичка.

Сауд ведает, что весь процесс — от выхода пресмыкающиеся из моря до закапывания кладки — занимает около 2-ух часов. Перед сиим черепаха может плыть к священному месту гнездования сотки км. Выйдя на сберегал, она копает яму. Время от времени песок весьма сухой и обваливается. Тогда ей приходится начинать опять. Черепаха может уплыть и возвратиться на последующий денек. Совершенно, в течение 2-ух недель она способна создать несколько кладок, приблизительно по сотке яиц в каждой.

Сауд чертит на песке процесс сотворения гнезда:

— Поначалу самка копает яму кое-где в полуметра глубиной. Позже в данной большенный яме задними плавниками выкапывает небольшую, в которую и откладывает порцию яиц. Засыпав все песком, черепаха проползает на два метра вперед и выкапывает еще одну яму, липовую. Так она прячет свою кладку от хищников. Если позже лиса расковыряет это фейковое гнездо, она ничего не находит.

Инкубационный период продолжается два месяца. Пол будущих черепашек зависит от температуры песка. Если мама откладывает яичка поближе к морю, где температура меньше 28, то получатся лишь самцы. Если больше 29 — то самки. В промежутке — и те и остальные.

По статистике, на тыщу яиц приходится лишь два-три выживших детеныша. Выживших — означает добравшихся до воды, невзирая на угрозы в виде чаек, лис и крабов. Что позже с ними будет — непонятно. Но если детеныш-самка выживает, то, достигнув фертильного возраста (35–50 лет), она приплывет откладывать яичка в то пространство, где родилась. Это волшебство именуется натальным возвращением. Я вижу волшебство преодоления — еще одну черепаху, которая из крайних сил копает уже третью яму, поэтому что две обрушились.

Я вижу волшебство обретения — новорожденного черепашонка, убегающего в воду, — поэтому что сотрудники заповедника позаботились о его сохранности. И вот в голове совсем складывается паззл. Мне кажется, я сообразила о Омане что-то неуловимо принципиальное, что практически нереально передать ни словами, ни кадрами маркетингового ролика. Что-то заветное. Что-то о пути, преодолении, красе, судьбе и постоянном порядке вещей.

Большое путешествие: режим полета

Условные обозначения:
(1) Джебель-Шамс
(2) Горы Джебель-Ахдар
(3) Карстовый провал Бимма
(4) Вади-Шааб
(5) Заповедник Рас-аль-Джинз
(6) Вади-Бани-Халид
(7) Деревня Мисфат-аль-Абрин
(8) Деревня Аль-Хамра

ОРИЕНТИРОВКА НА МЕСТНОСТИ
Оман

Площадь 309 500 км² (70-е пространство в мире)
Население 4 675 000 чел. (122-е пространство)
Плотность населения 15 чел/км²
ВВП (Валовой внутренний продукт — макроэкономический показатель, отражающий рыночную стоимость всех конечных товаров и услуг, то есть предназначенных для непосредственного употребления, произведённых за год во всех отраслях экономики на территории государства) 76,609 миллиардов долл. (67-е пространство)

ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТИ Джебель-Шамс — самая высочайшая точка Омана (около 3000 м) в горах Джебель-Ахдар, Пески Шаркии, Вади-Шааб и Вади-Бани-Халид, крепость Джабрин, форт Бахла, деревня Мисфат-аль-Абрин, Величавая мечеть султана Кабуса в Маскате.
ТРАДИЦИОННЫЕ БЛЮДА шува — козлятина либо ягнятина, запеченная в яме в банановых листьях, мутабаль — пюре из баклажанов с тахини, махалябия — молочный пудинг.
ТРАДИЦИОННЫЕ НАПИТКИ кахва (кофе с кардамоном), карак (чай с молоком и пряностями).
СУВЕНИРЫ глиняние аромалампы, ханджары, ладан, финики, духи Amouage.

РАССТОЯНИЕ от Москвы до Маската ~ 3960 км (от 5,5 часов в полете)
ВРЕМЯ опережает столичное на час
ВИЗА однократная, можно оформить через веб-сайт правоохранительных органов Омана
ВАЛЮТА оманский риал (1 OMR ~ 2,6 USD)

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

8 + семь =